— Какую вы видите разницу между московскими священниками и священниками вашего региона.

— Я не специалист и ничего конкретного сказать не могу потому что московских священников мало знаю.

Я вам рассказывал про одного московского батюшку, с которым я пересёкся однажды в Псково-Печёрском монастыре? Не помню, рассказывал или нет.

Был я как-то в паломнической поездке в Псково-Печёрском монастыре. Десять дней там жил, и молился. И такой же как я паломник приехал батюшка из Москвы. Он не в первый раз, и я не в первый раз. Но то ли он чаще бывал, и у него много в этом монастыре знакомых; а может повлияло то, что он монах, а я женатый священник, а они монахи меж собой более дружат: «свой свояка видит издалека».

Так вот служили мы с ним вместе литургию. А в Псково-Печерском монастыре правило есть: кто бы туда не приезжал послужить, он не может возглавлять службу. То есть будь он маститый протоиерей или архимандрит со всеми регалиями, но он не может возглавлять службу. А возглавляет её простой служащий иеромонах по своей очередности, а все остальные они просто сослужащие. Вот мы получились с ним сослужающие.

И перед службой, стал он из просфоры вынимать частички. Есть такое поминовение: за каждое имя вынимают частичку из просфоры. И я удивился, когда он вынул из подрясника толстенную книжицу, очень добротного качества, и обложка приятная, и обрез у нее золотой, и закладочка в ней есть, открыл её, и стал читать имена из нее. Это у него помянник. Мне стало интересно сколько же там страниц заполнено? Такая толстая она у него! Неужели он всё это поминает? Для меня это было удивительно.

Во время службы иеромонах, возглавляющий службу, кивнул ему, что он возглашает возглас после заупокойной ектеньи. А на этом возгласе поминаются усопшие. И каково было моё удивление, когда этот батюшка кивнул иеромонаху, что мол все я понял, достал эту же книжку, и открыл её там где у него начинаются имена об упокоении.

Я думаю: «тааак… интересно, интересно, что сейчас будет?»

И как он начал их поминать… Вслух… То есть он начал возглас, дошёл до имён, и пошёл по этой книжке.

И мы не знаем куда деваться… Уже и хор молчит, и дьякон стоит но солие, ждет когда он закончит. Впору хоть отходи от престола, сядь где-нибудь на лавочку и седи жди, пока он все это прочитает. Такое было ощущение, что он хотел помянуть всех «от века скончавшихся» поименно.

С одной стороны ему респект и уважение за то, что оннесет такой подвиг и всех поминает. Но всё-таки в гостях, нужно было какую-то тактичность иметь: ты помяни про себя, но не затрудняй людей длиннющим списком.

Это был мой опыт служения с московским игуменом. Духовно, духовно он так помолился


Фрагмент трансляции от 19 февраля 2014

Похожие записи: «О молитве за весь мир«; «Вопрос про плохих священников«