Подробности

КлиросПрофессор Осипов говорит, что певчие на клиросе не столько молятся, сколько думают о нотах и красоте мелодии. Несколько месяцев назад начала петь на клиросе и заметила, что прав наш богослов и служба превратилась в работу. Сложно ли совместить пение на клиросе и молитву? Как сохранить молитвенное состояние? Клирос — это служение или работа?

Клирос и общение с Богом

Слышала из лекции Осипова, что поющие на клиросе не столько молятся во время службы, сколько думают о нотах, о красоте мелодики, но не о молитве как таковой. Прочитав, не поверила и усмехнулась. Считала, что наоборот, есть возможность еще внимательнее поющему молиться. Однако, начав петь на клиросе через пару месяцев, заметила, что, действительно, прав наш богослов. Ушло молитвенное состояние, общение с Богом на службе. Думаю только о нотах, служба превратилась в работу. Это очень плохо? Может, попозже вернется мысль к Богу? Молиться хочется, но и петь. И не петь теперь не могу уже.

«Пою Богу моему дондеже есмь…» (Пс., 145:2). Пойте, пойте. Это просто сейчас у Вас от страха в глазах все путается, и Вы думаете о нотах, как бы не ошибиться. Вообще, Вы сейчас целиком и полностью сосредоточены на механике. Но такая же история бывает. Тот же профессор Осипов, кстати, когда говорил о свободе, приводил такой пример (это я сейчас плагиатом занимаюсь): «Что такое свобода? Вот пианист, например, когда еще учится играть, берет клавиши, делает первые шаги. Он еще неуклюже пальчиками на эти клавиши нажимает, он смотрит в ноты… Свободен ли он? Он ищет нотку, нажимает. Свободен ли он ошибиться, нажать не туда? Свободен, он абсолютно свободен. У него пальчики не слушаются. Он может не туда нажать, не этим пальчиком, промазать. Нажать не так, не вовремя. Но когда он выучит в совершенстве это произведение, до автоматизма у него доходит. Тогда он уже лишается свободы, потому что руки действуют сами. Он даже и не думает, куда и в какой момент пальчик какой ставить и нажимать. Все происходит автоматически. Никакой свободы нет, но именно в этот момент у него появляется другая свобода – свобода внутренняя, когда он может уже не просто играть, нажимая на клавиши, а вдыхать туда душу свою. Он испытывает эмоции, вкладывает свои. Именно тогда начинается подлинная внутренняя свобода!» С пением на клиросе примерно то же. Сейчас Вы сосредоточены на механике, потому что Вы поете всего два месяца. Вы еще долго-долго будете ошибаться, спотыкаться, много шишек набьете. Но, в конечном счете, Вы придете к тому, что будете молиться нормально.
Конечно, Вы знаете, место человека не спасает и место человека не красит. Вы можете стоять в алтаре, Вы можете стоять под алтарем, справа, слева, на клиросе, где угодно – не место Вас спасает. Не место красит человека, а человек красит место. Хоть священник у Престола будет стоять — он может там молиться, а может стоять и не молиться. Это не от места зависит. Это зависит только от Вас. Поэтому Вы и на клиросе сможете потом бить баклуши, судачить во время чтения Шестопсалмия, кафизмы. И вообще, вести себя так, как будто Вы не на службе, а на работе. Это все только исключительно от Вас зависит. Клирос здесь не при чем.

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

*


Анти-спам: выполните заданиеWordPress CAPTCHA